глаза боятся, а...
http://www.risk.ru/users/gaugin/11308/
Cima Grande di Lavaredo

Летом 2002 года я ощутил себя готовым к воплощению своей мечты, к прохождению "диретиссимы" на Чиму Гранде (Hase/Brandler 550 m, 7a+). Не смотря на долгую подготовку я до сих пор ношу в себе страх перед срывом. Что будет если выламывается зацеп, я опрокинусь от стены и полечу вниз? Что я буду при этом ощущать? Буду ли в этот момент что-нибудь думать? Буду ли злиться на свою судьбу, на дорогу, которую сам себе выбирал? А может все мысли просто застынут в онемении? Что произойдет в тот момент, когда срыв закончится падением на сыпуху под стеной? Почувствую ли я что-то при этом? Подход под стену занимает целый час. За этот час я мало чего замечаю вокруг себя. Весь этот час, да и весь этот день, как впрочем и всю предшествовавшую ему ночь меня занимают одни и те же мысли - а что будет если... Страх преследовал меня все прошедшие сутки. Иногда сквозь мглу страхов наружу пробивалась уверенность в себе, но опять тонула в клочьях серого тумана. Понятно, что я знаю каждый метр сложного лазанья на маршруте, каждое ключевое движение я выучил до автоматизма. Борьба эмоций, борьба страха с самообладанием. Эти игры разума заставляют меня то бежать по тропе, то форменным образом волочить по ней ноги. У начала маршрута мне стало ясно, что мне не надо лезть, пока я не вырвался из этой мглы страха. Я еще раз и еще раз прохожу вдоль стены Чимы Гранде туда, сюда и опять обратно. Сажусь около начала маршрута спиной к скале. Над головой вырастает гнетущая скальная масса северной стены Лаваредо. Одно соотношение огромности этой стены и маленького человечика, коим я себя сейчас ощущаю, делает мои планы просто смехотворными. Мое решение, пролезть стену сегодня или никогда, не позволяет мне больше откладывать старт. Между мной и стеной Лаваредо выросла непреодолимая ментальная стена. Прежде чем прикоснуться к скале мне нужно пробить свою собственную стену страха. Я сижу у стены, как загнанный зверь и со страхом ожидаю того, что должно случиться со мной в ближайшие минуты. Я должен попробовать! В растрепанных чувствах и не в состоянии успокоить свои мысли я одеваю скальные туфли, практически в трясучке привязываю на пояс мешочек с магнезией - "нет, я никогда не смогу этого сделать! Мне просто надо в этом признаться." Начинаю двигаться, мои пальцы прикасаются к холодным зацепам. Как робот передвигаюсь вверх, делаю это бесчувственно и находясь при этом эмоционально глубоко внутри своих страхов и первобытного ужаса. Круговорот чувств уступает место хаосу мыслей. Я тотально не уверен в себе, парализован и запуган - так дела не получится. Спускаюсь обратно вниз. Как дрожащий комок страха сижу вновь под стеной. Сумасшедшесть моей идеи победила меня. А что, собственно, я должен был ожидать от всего происходящего? Что на первых же метрах почувствую себя в состоянии пролезть такую стену соло? Мечтатель. Я меняю свою цель, теперь я должен пролезть не Диретиссиму северной стены Чимы гранде ди Лаваредо, а всего лишь первые 80 метров, отделяющие меня от точки возврата, от так называемого "point of no return". Я долезу до последней точке, на которой, в случае неуверенности можно развернуться и лазаньем спуститься на сыпуху. О всей остальной стене я вообще не буду думать, зачем о ней думать, если я сейчас полезу, собственно, всего лишь 80ь метров? Я чувствую себя спокойней, как то даже свободней. Какая разница в ощущениях! Сама стена меня больше не гнетет, практически больше не интересует - я сконцентрировался на новой цели. Привычная уверенность в себе возвращается в душу, после короткой паузы я вновь возвращаюсь к скале. Только 80 метров - не больше не меньше - это моя новая цель. Тело становится управляемым и гибким, руки начинают держать мизера, черные мысли растворяются в прохладном воздухе Доломит. В процессе нормальной работы я овладеваю в конце концов контролем над своим телом и над своими мыслями. Спадает нервное напряжение. Круг зрения сужается до двух квадратных метров скальной поверхности, мысли концентрируются на двух ближайших зацепах. Меньше 10 минут уходит на достижения запланированной мной "точки возврата". Но после 80 метров лазанья это место задерживает меня лишь на долю мгновения, не заметному для стороннего наблюдателя, и вот после длинного динамичного движения на мизере я лезу дальше вверх по стене. Я даже не задумался о том, надо ли мне лезть дальше. Это же ясно как день - лезть надо. Мне стало ясно, что собственно ключевое место маршрута было внизу, еще до начала самого маршрута. Лазанье соло требует не только жесткого самоконтроля, но и, в не меньшей степени, само-преодоления! Само-преодоление потребовало от меня внизу всех моих ментальных сил, теперь оставалось сохранить лишь самоконтроль - и эта задача на порядок проще. Я полностью погружаюсь в процесс, движения автоматизируются, я растеряюсь в доломите, на время прохождения маршрута я вижу окружающий меня мир совсем другими глазами. Мое тело отделяется от моего разума и поднимается само, метр за метром, по нависающей стене вверх. Оно берет мою душу с собой наверх и только когда сложность маршрута уменьшается, позволяет ей вернуться в привычную оболочку. Я всплываю на поверхность действительности и начинаю понимать, что глубоко подо мной бездна, высоко надо мной облака и чем выше я поднимаюсь, тем спокойней становится на душе. Моя душа как река, которая после серии порогов и прижимов выходит на равнину и теряется в тишине дельты.